Золотой паутиной увядания подёрнулись депутаты в муниципалитете города. Словно бы дымкой повело и грозный некогда взгляд его председателя. Исполняющий обязанности мэра больше не звенит соловьём, а вместо этого в телефонной трубке гулко отдаётся грустный осенний гудок. Этой осенью в свою ярославскую берлогу должен вернуться отлучавшийся на суетливое весёлое лето хмурый необъятный медведь.

Владимир Витальевич Слепцов возглавит город, – пронеслось над Ярославлем в последние дни августа. Обыватели удивлённо завертели головами, но так и не поняли, откуда раздался этот трубный глас. Кажется, так сказал и.о. губернатора Дмитрий Миронов. А может быть сведения просочились из подмосковных Химок, где осел вроде бы надёжно изгнанный из нашей осиновой рощицы Слепцов. А может просто из забавы брякнул какой-нибудь наш местный хлопотун, а оно возьми и окажись правдой, как это случается иногда в нашей с вами жизни.
Владимир Витальевич Слепцов возглавит город, – и ещё до первого ненадёжного подтверждения моргнули над осинником сразу несколько ярких политических звёзд, а потом снова вспыхнули, но уже по-новому, вполнакала.

Вроде бы нового сити-менеджера должен одобрить муниципалитет. Для того и шумела в Ярославле бойкая лоховская монополька, чтобы чурочка к чурочке подобрать колоду одинаковых с лица, придавленных нехитрым околовластным бизнесом, напуганных и безголосых персонажей. Умело взятые за перёд головы депутаты для того и обтёсывались, чтобы в нужные моменты безропотно одобрять вынос из мэрии скрипящего дверцами и покачивающегося на поворотах Нечаева, втанцовывание в первые замы обаятельного Малютина, а в перспективе — и устройство в здании добротного паучьего гнезда для загодя прописанного в уставе города тандема того, кто всё решает, и того, кто за всё отвечает.
Но прошелестела над городом фамилия Слепцова — и никому уже не интересно, что там спляшут эти послушные расписной дудке люди. Собранные для хоровода — отрепетированного и вызубренного до мелочей, но внезапно неинтересного — они моментально покрылись не то золотой осенней листвой, не то налётом ржавчины. Город возглавит Слепцов — и лишь через сутки ошеломлённые кусты муниципалитета зашелестели о поддержке, только робкий этот шелест унесло бойким прохладным ветром.

Вроде бы для того и сочинялся нашими ловкими технологами устав Ярославля, чтобы под аккомпанемент рассуждений о пагубности опущенного в узилище мэра можно было послушными руками посаженных на бюджеты и компенсации паяцев решать вопрос городского престолонаследия кулуарно и процедурно. Но был глас о Слепцове, и источник его не проявил даже тени заинтересованности в том, станет Владимир Витальевич сити-менеджером, подчинённым “председателю муниципалитета тире мэру города”, либо его водрузят на лично для себя обогретое Зарубиным кресло того самого “председателя-предводителя”, а то может статься сделают совместителем того и другого сразу.
Сказано было — возглавит город, а всё кружево, которым пауки не без старания заткали все входы и выходы ярославской мэрии, оказалось голосу совершенно неинтересным. Сколько мы слышали рассуждений о том, что власть станет демократичнее, что профессиональный “сити-менеджер” под руководством “председателя муниципалитета тире мэра города” покажет чудеса роста и процветания, что жители взоплачут от благодарности новой властной диагонали, но все эти слова одно за другим оторвались от веток, и пожелтевшие  суетливые фразы мусором осели на оголившуюся речную извилину.

Вроде бы хорошо и надёжно посажен был на ветку милый и деятельный первый зам мэра, десятью руками набирающий себе легитимность — две своих и восемь чужих, мохнатых, коленчатых, знакомых по почерку сделанных в уставе Ярославля помарок — но дунуло посильнее, и затряслось, согнулось дерево, и предательски заскрипел привитый на самовластную под Волончунаса свитую крону дичок. Зашелестело вокруг, и тут же из-за спины первого зама что-то отпрянуло и поспешно заявило об одобрении новой кандидатуры, но заспешившая эта звезда уже померкла под косыми лучами осеннего солнца, от её сияния ощутимо повеяло копотью, и одобрение съёжилось, упало и потерялось в поспешном беге шумящей листвы.

Владимир Витальевич Слепцов возглавит город… Возглавит спокойно, тяжеловесно, не торопясь. Куда ему спешить? Как крепкий зимний мороз он придёт тогда, когда упадут последние яблочки с внезапно зажелтевшей опушки, когда поспешно дотрясут последних ларёшников ненасытные приспешники никогда не назначавшегося мэром зама, когда торопливо укроется крышей по бумагам — гостиница, а на деле — теремок внезапно облысевшей верхушки нашей застигнутой первыми утренними заморозками рощицы.
И вот тогда на берегах Волги настанет настоящая, прочная и бесконечная тёмная северная зима.