Ярославлю, на самом деле, очень крупно повезло. Он практически полностью сохранил свой исторический центр, в отличие от большинства крупных российских городов, частично или полностью утративших его за последние два десятилетия.

Я надеюсь, я не открою Америку, сказав о том, что сейчас у нас в стране в сфере сохранения историко-архитектурного материального наследия происходит катастрофа национального масштаба, которую, вероятно, нам или нашим потомкам ещё только предстоит осознать. Историческая застройка массово гибнет на наших глазах: от человеческого невежества и равнодушия, от попустительства со стороны государства, от преследования сиюминутных материальных интересов.

Я довольно много езжу по России, и наблюдаю процессы деградации уже не первый год: исторические здания сносятся целыми кварталами, на их месте возникает современная безликая застройка. Памятники архитектуры множеством разнообразных способов лишаются своего статуса и уничтожаются. Существующие не поддерживаются в должном состоянии. Облик исторической застройки исковеркан до неузнаваемости наружной рекламой. Формировавшийся столетиями цельный образ того или иного города за пару лет может быть «разорван» двумя-тремя стекляшками торгово-развлекательных центров.

Исторический областной центр два десятилетия назад и сейчас — это разный город.

Большинство людей, увы, не понимает важность сохранения исторической застройки. Оно может догадываться о ней на интуитивном уровне: почему-то всем хочется ехать отдохнуть в уютный европейский городок, а не в Набережные Челны или Новокузнецк, да простят меня жители этих городов. При выборе путешествия по России предпочтение отдаётся Ярославлю и Суздалю, а не Тольятти или Магнитогорску. В самом Ярославле жители окраин предпочитают ехать погулять и отдохнуть в центр города, и куда как приятней гулять по Волжской Набережной, а не по улице Труфанова в Брагино.

Историческая застройка формирует неповторимую атмосферу, она соразмерна человеку, и потому притягивает его.

Это давно понятно в загнивающих Европах, где сформировано эффективное законодательство, защищающее историческую застройку. Там прекрасно понимают, что она состоит из множества деталей, и не то что дом перестроить — кое-где окно нельзя заменить, или старую дверь внутри собственной квартиры.

У нас вроде бы тоже есть понимание, что «старину» надо беречь, и тоже есть законодательство, только не столь эффективное. В общем, если очень хочется, то можно.

В итоге последние годы степень сохранности исторического центра в том или ином городе зависит от гремучей смеси нескольких факторов: активности в городе капитала, его инвестиционной привлекательности, уровне адекватности городской власти (в том числе, от уровня «просвещённости» конкретного главы региона), и всё-таки, нормативных актов.

Повторюсь, Ярославлю повезло. Город сохранил свою историческую застройку. В центре города приятно и интересно находиться. Сюда едут горожане и множество туристов. Хорошая лакмусовая бумажка: московские туристы выходного дня, согласно ряду статистических данных, выбирают в качестве цели именно Ярославль, а не например, Тверь, Тулу или Рязань, хотя они даже поближе будут.

Любое вмешательство в эту уникальную историко-культурную среду должно быть очень аккуратным. Я отнюдь не консерватор и не ретроград, город должен развиваться, в том числе и его исторический центр. Развитие — это жизнь.

Притащить на классическую Волжскую Набережную, историко-архитектурную ось Ярославля, кислотно-жёлтого цвета дебаркадер в стиле «реквием по шальным 90-м» — это не аккуратное вмешательство в среду, и уж тем более не развитие. Это полный разрыв исторической городской материи и откат назад.

Кто этого не понимает, кто считает, что это «интересно», «а что такого?», ну и так далее — с этим ничего не поделать, вкус такая штука — он либо есть, либо его нет, и объяснять бесполезно.

Бесполезно объяснять чиновнику, что золотая кровать с балдахином — это по нынешним временам как-то не очень. Бесполезно объяснять некоторым женщинам, что в леопардовых платьях и туфлях на шпильках ходить по испанскому пляжу — тоже как-то не очень. Бесполезно объяснять некоторым мужчинам, что ходить в майке-алкашке в сеточку, через которую видны волосатые соски, тоже как-то не алё. Бесполезно объяснять некоторым гражданам, что именно такой дебаркадер и именно в таком месте — это безвкусица и фатально уродует город.

Но одно дело личные вкусы каждого (а точнее, их отсутствие), что носить и в чём жить, а другое дело — город, являющийся важнейшей частью национального наследия.

Почему так важно пресекать подобное вмешательство в городскую среду на корню?

Та же самая «теория разбитых окон», друзья. Если в здании под названием «исторический облик Ярославля» будет разбито хотя бы одно окно, и неважно, что это будет — притащенный с Москвы-реки пошлый дебаркадер, или вдруг построенный на Советской площади очередной стеклянный торговый центр, то это будет сигналом для всех остальных: в этом доме можно бить окна! Оглянуться не успеем — а весь центр стал бетонно-стеклянным, и всё как у всех, и вдоль набережной стоит целая вереница дебаркадеров — и средневековый замок, и корабль викингов, и японская пагода, естественно, один лажовей другого.

Это, кстати, вообще тема — брать в аренду за 2500 рублей на 10 лет кусок Волги, совершенно не считаясь с мнением города и городских властей. Можно мне тоже? Мне много не надо, метров шесть. Хочу поставить на водной глади тридцатиметровый памятник Никите Джигурде, чтобы с гитарой обязательно, и с гигантским фаллосом в высоко поднятой руке. Чтобы встречал подходящие к городу теплоходы, как Колосс Родосский.

Нельзя? А жёлтый дебаркадер почему можно? А где тогда та грань? А кто решает?

Я надеюсь, что всё-таки решает адекватность и неравнодушие — и городских жителей, и властей региона.

Неравнодушие важно. Люди часто недооценивают своё собственное и общественное мнение, считают, что оно не играет никакой роли.

Уверяю в обратном. Да, возможно, это не самая большая гирька на весах принятия решений. Но это гирька. И чем сильнее общественное мнение, чем менее равнодушно общество — тем весомей эта гирька.

Не будьте равнодушными. Особенно, когда на кону такая важная вещь, как внешний облик собственного города, в которым вы живёте, или в который вам нравится приезжать.